Галымжан Молданазар: "Я стараюсь, чтобы мне не снесло крышу от успеха, но это трудно"

Автор: Асель Акимбекова

Добавлено: 14 августа 2017 г. в Персоны.

Просмотров: 7239   Комментариев:

Молданазар.jpg

Галымжан Молданазар – один из самых прогрессивных музыкантов Казахстана, который меняет своим творчеством не только устоявшийся формат песен на казахстанской эстраде, предлагая слушателям совершенно иное музыкальное звучание, но и песнями собственного сочинения популяризирует казахский язык среди молодежи. В эксклюзивном интервью для L’Officiel Hommes Kazakhstan Галымжан рассказал о том, как почти 10 лет до обретения популярности был никем, продавая свои авторские хиты за 5000 тенге, почему он отказывается петь на свадьбах и государственных мероприятиях и какие музыкальные релизы стоит ожидать от него в скором времени.


Вы научились делать аранжировки для своих песен, так как вас не устраивало то, что мастера пытались свести все к заезженному формату. Через какие испытания приходилось пройти, чтобы вывести на свет музыку, которая сейчас любима многими?

Делать аранжировки я учился очень долго и учусь до сих пор. Мне понадобилось 6-7 лет ежедневных «зависаний» в студии прежде, чем освоить все и прийти к нынешнему уровню. Думаю, можно научиться всему, если делать это планомерно каждый день, не поверхностно, а вникая в детали. Не было ничего сверхъестественного – у меня получалось добиться необходимого звучания и качества аранжировки только потому, что я упорно работал над этим в студии. Но для меня это был адский труд: все используемые мной музыкальные программы разработаны на английском, которым я не владею. Я учился на интуитивном уровне, открывая каждую вкладку, нажимая каждую кнопочку и изучая каждую деталь, поскольку надписи на иностранном мне ни о чем не говорили. Таким вот образом и осваивал все.

Как долго вы делали аранжировку для своей первой песни?

На это ушло более пяти часов, получилось довольно быстро, но мне очень понравилась эта версия. После этого появилось еще большее желание и уверенность в том, что я могу заниматься этим и для меня это не будет слишком сложно.

Почему вы так тщательно старались индивидуализировать свое творчество?

Это все отголоски детства. Вы же помните, какая хорошая и качественная музыка у нас была с 60-х по 90-е годы? Причем любого направления – и поп-музыка, и записи с оркестром, а чего стоили вокально-инструментальные альбомы «Дос-Мукасана» и песни Розы Баглановой, Роза Рымбаевой, Бибигуль Тулегеновой! Не сравнить с современными песнями. После 90-х мы так сильно упали в качестве, все стало чрезмерно однотипным, даже одинаковым, штампованным. На слух все 1000 выпускаемых в год песен звучали как одна. Я и сам не сразу пришел к синти-поп и инди-музыке. Я вырос в поселке и слушал все, начиная от поп-музыки отечественной эстрады, заканчивая народным творчеством. Сам играл на домбре и пробовал петь терме. Позже я начал изучать зарубежную музыку, мне очень понравилось ее звучание и в целом подход к ее созданию. Я тоже хотел слышать в своих песнях такие интересные аранжировки. Когда я начал свою карьеру как артист, заказывал мастеринг другим людям. Не буду скрывать, зачастую мне это не нравилось, я чувствовал, что это не мое. После я пытался лично работать с аранжировщиками, но они не могли понять, чего именно я хотел. Поэтому мне было легче заняться этим самостоятельно.

Откуда у вас появилась любовь к таким жанрам, как синти-поп, инди-поп, брит-поп, фанк, ведь у мальчиков в аулах обычно совсем другие интересы, а у казахстанцев не совсем популярны эти направления?

Хочу поспорить. Все эти направления, в том числе диско, были очень популярны в Казахстане. Вспомните гремящих в 80-х Modern Talking, CC Catch, Boney M. На самом деле, люди просто не знают, что они слушают в данный момент – синти-поп или инди-поп. Более того, я уверен, что многие из артистов сами не подозревают, в каком стиле они поют. Проблема многих хороших песен и их исполнителей в том, что людям интересна только личность певца или же его частная жизнь. Если бы поклонники думали чуть глубже, задавая себе вопросы – кто на самом деле создал эту музыку, как называется этот стиль, откуда он вышел и какие у него корни, музыкальная грамотность населения была бы выше, музыкальный вкус у народа был бы совершенно другим. У нас очень много по-настоящему крутых композиторов, но они всегда остаются в тени, в то время как за рубежом их очень ценят и уважают. У нас никто не знает, кто пишет музыку и как она создается, хотя самое сложное проходит в студии. Записать голос, конечно, также играет немаловажную роль, но это малая доля от всего процесса. Мне кажется, что людям нужно знать больше о той музыке, которой они увлекаются.

Сейчас артисты очень часто выпускают треки в коллаборации с популярными DJ-ми, которые и занимаются аранжировкой. Планируете ли вы сотрудничать с кем-нибудь?

Да, мы сейчас работаем с Виталием Югаем, более известным как Electric Child. Мне очень нравится его творчество, то, как он создает электронную музыку. Мы уже записали мелодию для нашей совместной песни, осталось придумать текст. Думаю, скоро вы сможете оценить нашу работу.

Как проходило ваше становление как композитора?

В основе всего лежало мое желание. К примеру, я не знаю нотную грамоту, гармонию и другие музыкальные термины. Я далек от теории, но ориентируюсь по слуху: что слышу в голове, то и создаю. При этом я никогда не стесняюсь показать, что чувствую. Бывает, люди, показывая слушателям свой музыкальный материал, говорят: «Это так, я просто прикинул, не судите строго». Они начинают оправдываться за свое творчество. Нужно быть честным перед собой: если тебе нравится созданный проект, не стесняйся этого. Как ты чувствуешь музыку, так и должен ее делать, невзирая на внешние факторы или чье-то мнение.

Интеллигенция ценит вас, прежде всего, за популяризацию казахского языка. Как вы относитесь к тому, что можете так сильно влиять на казахстанскую молодежь в этом плане?

Мне немного неловко слышать такое, но это приятно. Я никогда не думал, что буду каким-то образом влиять на молодежь, хотя часто слышу как от знакомых, так и не знакомых мне людей, что через мои песни представители разных национальностей учат казахский язык. Да и на концертах я вижу, что все подпевают мне, зная тексты всех песен. Но я не делаю ничего специально, я создаю музыку в первую очередь для себя, выпускаю то, что мне нравится.

А что вы можете сказать о тех, кто, не понимая ваших песен и не стараясь начать учить казахский язык, делает вид, что им нравится ваше творчество только потому, что сейчас это модно?

Если честно, я не знаю, что сказать по этому поводу. У каждого есть право слушать или не слушать мои композиции, может быть, им просто нравится мелодия, а не текст. Что касается знания казахского языка, я не хочу никого судить. Думаю, обычно людей критикуют жители аулов, которые росли в среде, где говорили только на казахском языке, соответственно, для них непонятна позиция городских жителей, говорящих на русском. Нужно понимать, что жизнь в городе была совершенно другой. На самом деле это ошибка взрослых, которые в свое время не исправили эту ситуацию, а сейчас обижаются на молодежь из-за их незнания родного языка. Дело не в том, что они не уважают казахский язык, так сложилась история. Нужно просто немного задуматься о том, кем мы были 20 лет назад. Сейчас все потихоньку меняется, даже на телевидении эфиры заполнены передачами на казахском языке, музыкальные каналы активно ротируют клипы казахстанских исполнителей. Это хорошо! Конечно, мы должны стремиться к тому, чтобы в совершенстве знать наш государственный язык, но на данном этапе мы не должны никого судить.

Как вы относитесь к переводу казахского языка на латиницу? По душе ли вам такая реформа?

На самом деле, все свои тексты я пишу на латинице, или как принято сейчас говорить – на транслите, это давняя привычка. Даже в мессенджерах, набирая сообщения, я использую английский шрифт, мне так намного удобнее внутренне. О популярности реформы судить не могу.

В Казахстане постоянные проблемы с профессиональным концертным оборудованием, а вы известны как певец, который всегда поет вживую. Пели ли вы когда-нибудь под фонограмму, обстоятельства ли вынуждали или же для вас это жесткое табу?

Артисты, утверждающие, что в нашей стране нет возможностей, тем самым очень сильно опускают ее. Я на своем примере могу доказать каждому, что даже в самом маленьком баре можно работать вживую. Многие говорят, что даже Дворец Республики не предоставляет оборудование необходимого уровня, тогда зачем нам нужна такая концертная площадка? Поэтому я и не выступаю на государственных концертах или мероприятиях, поскольку организаторы всегда просят выступить под фонограмму. Я не готов идти на такие условия, а люди в свою очередь должны понять, что их обманывают. Певец должен петь, его нельзя назвать артистом, если же он просто имитирует пение. Людям нужно задуматься: стоит ли платить за такое?!

Петь вживую – это ваше правило? Может ли оно быть нарушено?

Это обычное дело, нет ничего сверхъестественного. Я настолько уважаю музыку, что не готов мараться фонограммой. Для меня это было бы очень низко, поэтому если мне не могут предоставить нужное оборудование, я просто отказываюсь. Других вариантов быть не может.

Book 19_Данил Ким-80.jpg

Ваш друг Малик Зенгер говорил, что песня «Ақпен бірге», прославившая вас, была на компьютере 151 по счету – то есть, у вас есть еще 150 неизданных песен. Можно ли их найти где-то или ждать будущих релизов?

За последнее время я записал всего 3-4 песни, все остальные – это старые треки 2010 года. Тогда у меня еще не было возможности работать на студии, это была обычная акустика, когда я просто включал дома микрофон, делал live-запись и выкладывал в ВК. Некоторые из таких песен я сейчас хочу удалить, тогда я был молод, думал по-другому, у меня было мало опыта, поэтому я не хочу, чтобы их слушали сейчас. Например, песню «Сағым», которую Нуртас Адамбай недавно использовал в своем фильме, я записал очень давно, он дал ей вторую жизнь. Сейчас у меня цель – переделать несколько своих старых композиций, все-таки тогда я был один, а теперь состою в коллективе, у нас шире возможности делать что-то более интересное.

Галымжан, в начале карьеры вы продавали песни другим исполнителям. Всегда ли вам нравилось то, что у них получалось в итоге с вашими песнями? Случались ли разочарования?

Да, разочарований было много: либо аранжировку на финальной стадии делали ужасной, либо текст коверкали до безобразия, либо мою идею передавали неправильно во многом от незнания казахского языка, поэтому песни получались «пустышками».

Вы не обращались к ним с тем, чтобы они исправили эту ситуацию?

В то время я был никем, понимаете ли вы состояние человека в статусе «никто»? Артисты ведь не ценят композиторов, смотрят свысока, воспринимая как чернорабочих. Хотя, по сути, петь мало-мальски может каждый, у казахов это в крови, а вот сочинять не все могут. Обидно, что люди, на самом деле способствующие успеху артиста, остаются в тени. Надеюсь, в будущем такое положение дел изменится.

Недавно интернет взорвала акция #МеняНеВзяли, где люди делились историями, когда их не брали на какие-то должностные позиции в различных компаниях. О чем вы можете рассказать?

В детстве я очень любил рисовать акварельными красками, лепить фигуры из пластилина и глины, поэтому активно готовился к поступлению на художественный факультет. Я думал, что это будет моей профессией, однако, меня не взяли. После я хотел поступить в Академию им. Жургенова на факультет эстрадного вокала, туда поступить не удалось, поэтому я учился на актерском факультете. Правда, поняв, что это не мое, прервал обучение. Подготовив несколько демозаписей, я обратился к продюсерам – людям, приближенным к музыкальной индустрии, но все двери тогда были закрыты передо мной. Я шел к нынешнему положению долгих девять лет, неустанно работал, пытаясь сделать все, чтобы обо мне узнали. Повторюсь, долгих девять лет я был никем, поэтому даже сейчас мне трудно говорить об этом так долго.

Вы говорили, что боитесь славы, денег и похвалы, но эти три фактора сейчас присутствуют в вашей жизни. Ощущаете ли вы какое-нибудь воздействие этого?

Я думаю об этом каждый день. Но я не боюсь того состояния, когда остаешься один, без средств к существованию. Я все это пережил и победил. Сейчас, слава Богу, все хорошо, теперь мне нужно контролировать свое нынешнее положение, чтобы от успеха мне не снесло крышу. И это тоже трудно, если честно. (Улыбается.)

Вы говорили о том, что ваша мечта – создать фестиваль, где будут выступать настоящие музыканты. В каком формате он будет проходить и какова будет его главная цель?

Да, я очень давно хочу организовать такой фестиваль и понимаю, насколько это непросто. Я знаю очень много способной и талантливой молодежи, которая сама пишет тексты песен и музыку к ним. Но они сейчас никому не нужны, как и я 3-4 года назад. Поэтому я бы хотел предоставить им площадку, на которой они смогли бы продемонстрировать свое авторское творчество, а не каверы на популярные композиции известных исполнителей.

Думаете ли вы о записи песен на английском, ведь звучание ваших песен могло бы стать очень популярным у зарубежной молодежи?

Да, хочу попробовать, когда буду готов, обязательно осуществлю свои планы.

На одном из видео в Instagram вы поете под аккомпанемент живого оркестра. Не хотели бы вы записать альбом с таким живым звучанием?

Да, как раз сейчас я занят работой с оркестром. Пытаюсь понять, как можно сделать это интересно. Даже если это будет не альбом, то сингл, точно. Ожидайте уже скоро.


Расскажи друзьям: 


Краткая ссылка: http://hommes.kz/blog/885/


NEW
Похожие записи